Обзор практики Верховного Суда Российской Федерации по налогам, корпоративному праву и банкротству за январь 2025 года

ОПРЕДЕЛЕНИЯ ВС РФ ЗА ЯНВАРЬ 2025 ГОДА ПО НАЛОГОВЫМ СПОРАМ

1. Определение от 15.01.2025 № 306-ЭС24-10450, Определение от 17.01.2025 № 309-ЭС24-16395

1. Наличие сведений об имуществе в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним в силу пункта 6 статьи 8.1 ГК РФ имеет доказательное значение для целей налогообложения, но не является безусловным для квалификации имущества в качестве объекта налогообложения.
2. Распространение правового режима неделимой вещи, сложных вещей (статьи 133-134 ГК РФ) или единого недвижимого комплекса (статья 131.1 ГК РФ) на всю совокупность вещей, включающих в себя как движимое, так и недвижимое имущество, составные части вещей продиктовано целями гражданского оборота, связанными с обеспечением его стабильности, что не тождественно целям налогообложения, состоящим в обеспечении равного и экономически обоснованного налогообложения, соблюдении формальной определенности правил налогообложения. Юридическое значение для целей налогообложения имущества организаций имеют также принятые в бухгалтерском учете формализованные критерии признания имущества налогоплательщика (движимого или недвижимого) в качестве соответствующих объектов основных средств.
3. Ни факт использования имущества по общему назначению, предопределенному технологией производства, ни объединение имущества налогоплательщика в имущественный комплекс для целей совершения сделок с ним (купли-продажи, передачи в залог и т.п.) не являются достаточными основаниями для квалификации всех входящих в такой комплекс вещей, в том числе частей конструктивно-сочлененного объекта, как объектов налогообложения по налогу на имущество организаций.
4. Имущество, правомерно учтенное налогоплательщиком в качестве самостоятельных инвентарных объектов движимого имущества (машины и оборудование), в том числе объекты, не являющиеся частями зданий и сооружений, либо выступающие частями зданий и сооружений, но не подлежащие учету в составе комплекса конструктивно-сочлененных предметов (требующие периодического обновления в силу существенно меньшего срока предполагаемой эксплуатации в сравнении со сроком полезного использования всего здания или сооружения и (или) не вносящие существенного вклада в стоимость соответствующего комплекса), не облагается налогом на имущество организаций.

2. Определение от 27.01.2025 № 309-ЭС24-18347

1. Денежные средства, формирующие положительное сальдо единого налогового счета, несмотря на целевое назначение указанных денежных средств, являются собственностью налогоплательщика до момента их списания в счет исполнения соответствующих налоговых обязательств, следовательно, на данные средства распространяются все конституционные гарантии права собственности.
2. Действия по произвольной (неправомерной) корректировке в сторону уменьшения положительного сальдо единого налогового счета подлежат квалификации в качестве действий по излишнему взысканию денежных средств, а восстановление нарушенного права налогоплательщика надлежит производить с использованием механизмов, установленных положениями соответствующих статей Налогового кодекса.
3. Имущественные потери лиц подлежат компенсации в форме выплаты процентов, начисляемых за период с момента взыскания по день фактического возврата. С учетом установленного факта неправомерного двойного списания денежных средств с ЕНС налогоплательщика позиция судов по отказу в начислении процентов на суммы излишне списанных налогов повлекло нарушение законных интересов общества, а также принципа поддержания доверия к действиям государственных органов применительно к сфере публичных правоотношений.

3. Определение от 27.01.2025 № 305-ЭС24-17887

1. С учетом буквального содержания подпункта 1 пункта 2 статьи 164 Налогового кодекса законодатель установил применение налоговой ставки 10 процентов при реализации соответствующих объектов налогообложения, в том числе в отношении семян сахарной свеклы. Суд апелляционной инстанции правомерно удовлетворил заявление общества, указав на отсутствие у налогового органа правовых оснований для отказа в применении налогоплательщиком пониженной ставки НДС 10 процентов, предусмотренной пунктом 2 статьи 164 Налогового кодекса, при реализации семян сахарной свеклы в адрес контрагентов на территории Российской Федерации, а также при получении сумм аванса в счет предстоящей реализации таких товаров.
2. Каких-либо дополнительных условий для применения ставки НДС 10 процентов при реализации товаров на территории Российской Федерации налоговое законодательство и Постановление № 908 не устанавливают и не требуют, чтобы соответствующие товары могли использоваться (употребляться) непосредственно в пищевых или кормовых целях.

4. Определение от 29.01.2025 № 305-ЭС24-17574

1. С учетом буквального содержания подпункта 1 пункта 2 статьи 164 НК РФ, законодатель установил применение налоговой ставки 10 процентов при реализации в том числе в отношении семян рапса, что не противоречит Перечню кодов (код 01.11.93 – «семена рапса»).
2. Каких–либо дополнительных условий для применения ставки налога 10 процентов при реализации товаров на территории Российской Федерации налоговое законодательство и Постановление № 908 не устанавливают и не требуют, чтобы соответствующие товары могли использоваться (употребляться) непосредственно в пищевых или кормовых целях. Разумные ожидания участников экономической деятельности должны формироваться на основе указанного правового регулирования, которое основано на воле законодателя, является определенным, не содержит неясностей и неопределенностей, допускающих неоднозначное толкование.

ОПРЕДЕЛЕНИЯ ВС РФ ЗА ЯНВАРЬ 2025 ГОДА ПО КОРПОРАТИВНЫМ СПОРАМ

1. Определение от 09.01.2025 № 305-ЭС24-16398

1. «Теневые» руководители и участники юридического лица, в том числе бенефициарные владельцы, которые доверили управление деятельностью общества лицам, получившим юридический статус участников общества и, обладая фактическим контролем и экономической заинтересованностью в управлении юридическим лицом, зачастую определяют ключевые решения, влияющие на деятельность общества, в связи с чем они также несут фидуциарные обязанности, обязывающие их действовать добросовестно и разумно в интересах юридического лица, обеспечивая защиту его прав и законных интересов. Исходя из этого, бенефициарные владельцы не могут быть лишены права на защиту своих корпоративных интересов путем непосредственного предъявления соответствующих исков и заявления требований, направленных на восстановление нарушенных прав и (или) предотвращение негативных имущественных последствий.
2. Действия и поведение бенефициарных владельцев подлежат учёту при рассмотрении корпоративных споров, включая оценку их влияния на возникновение негативных последствий для самих юридических лиц (например, при заявлении требования иными участниками корпорации), их добросовестных контрагентов и иных третьих лиц, в том числе в части принятия деловых решений, заключения сделок и соблюдения принципов добросовестности и разумности во внешних правоотношениях.
3. Принимая во внимание то, что возможность оспаривания крупных сделок направлена на защиту владельцев корпорации от несанкционированной фактической ликвидации или реорганизации юридического лица, формальное отсутствие согласия участников на совершение сделки не является безусловным основанием для признания крупной сделки недействительной, если она была заключена директором (представителем) при обстоятельствах, свидетельствующих для добросовестного контрагента о том, что сделка совершается при наличии фактического одобрения или при осведомленности контролирующих участников общества и (или) бенефициарного владельца.

Таким образом, если контролирующие общество участники или бенефициарный владелец выразили свое информированное согласие на заключение сделки, в том числе путем совершения фактических действий, явно свидетельствующих о содержании их волеизъявления, то они впоследствии лишаются возможности заявления требования о признании заключенного договора недействительным как крупной сделки, совершенной в отсутствие корпоративного одобрения.

4. Повышение стандарта проверки своего контрагента является допустимым при установлении обстоятельств, свидетельствующих о том, что лицо заведомо знает о порядке заключения и согласования (одобрения) сделок в данном юридическом лице, например, в силу аффилированности (статья 53.2 ГК РФ) с таким обществом, его участниками, единоличными исполнительным органом (генеральным директором) или иными лицами, которые вправе давать обязательные для общества указания (бенефициарными владельцами), а также в случаях установления специфического характера заключаемой сделки или приобретаемого объекта, который предопределяет проведение расширенной специальной проверки (due diligence).
5. Аффилированность может быть доказана, в том числе в отсутствие формально-юридических связей между лицами (фактическая аффилированность), в частности, когда корпоративные связи имеют сложный, непрозрачный характер и их трудно выявить (например, в связи с использованием офшорных организаций), либо в совершение сделок намеренно вовлечены лица, формально не входящие в корпоративную структуру. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам оборота. В упомянутых случаях судом на лицо, в отношении которого представлена достаточная совокупность доказательств фактической аффилированности, может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

2. Определение от 22.01.2025 № 305-ЭС24-16565

1. Распределение бремени доказывания между сторонами процесса должно производиться исходя из положений нормативных правовых актов, установленных ими презумпций, а также с учетом объективных возможностей участников оборота по доказыванию определенных обстоятельств, принимая во внимание принципы справедливости, разумности и эффективности судопроизводства. Неблагоприятный для стороны исход спора не может быть предопределен возложением на эту сторону заведомо неисполнимой для нее обязанности по доказыванию.
2. Вопрос о перечне документов, необходимых и достаточных для удовлетворения требования лица о принудительной конвертации, должен решаться российским депозитарием с учетом конкретной ситуации, сложившейся у заявителя, принимая во внимание то, какие действия объективно доступны лицу для подтверждения юридически значимых фактов и являются разумными.
3. Критерий отсутствия обоснованных сомнений для принудительной конвертации ценных бумаг, о котором говорится в части 25 статьи 6 Федерального закона от 16.04.2022 г. № 114-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об акционерных обществах» и отдельные законодательные акты Российской Федерации», не устанавливает необходимости предъявления лицом таких доказательств, которые подтверждают владение им иностранными ценными бумагами с бесспорностью (стандарт доказывания «за пределами разумных сомнений»). Иными словами, от лица, пострадавшего от действий иностранных государств и финансовых организаций, не может требоваться создание такой степени уверенности, при которой не остается никаких сомнений в том, что иностранные ценные бумаги принадлежат такому лицу.
4. Депозитарий, рассматривая заявление заинтересованного лица о принудительной конвертации иностранных ценных бумаг в акции российского эмитента, не вправе запрашивать документы, получение которых в сложившихся обстоятельствах объективно невозможно или чрезмерно затруднительно для заявителя.
5. Российский депозитарий не вправе отказать в осуществлении принудительного перевода прав на ценные бумаги только на основании того, что у него остаются сомнения, связанные с обладанием обратившимся лицом определенным количеством ценных бумаг, при отсутствии весомых оснований полагать, что представленные документы являются поддельными (сфальсифицированными), отсутствии у депозитария информации о том, что ценные бумаги, в действительности, принадлежат другому лицу и иных подобных причин.
6. Бремя опровержения того, что заявитель является лицом, обладающим правами на ценные бумаги иностранного эмитента, удостоверяющие права в отношении акций российского эмитента, возлагается на российского депозитария, который при получении соответствующего пакета документов не вправе ограничиться только выявлением недостатков в документах, а должен предпринять меры по проверке их достоверности, используя ресурсы и инструменты, доступные депозитарию как профессиональному участнику рынка ценных бумаг.

ОПРЕДЕЛЕНИЯ ВС РФ ЗА ЯНВАРЬ 2025 ГОДА ПО БАНКРОТСТВУ

Субсидиарная ответственность

1. Определение от 13.01.2025 № 307-ЭС20-2151 (68-71)

1. Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения – появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежало исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.
2. При разумном и добросовестном администрировании возникшие у предприятия текущие финансовые затруднения могли быть преодолены, в том числе посредством рефинансирования обязательств перед кредиторами, привлечения дополнительного финансирования, сокращения расходов и т.п.

Оспаривание сделок

1. Определение от 30.01.2025 № 305-ЭС24-16658 (1)

1. Выражая несогласие с доводами о наличии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными, ответчик последовательно указывал, что оспариваемые банковские операции совершены в рамках исполнения должником (заёмщиком) своих обязательств по договору займа, заключенному с ответчиком (займодавцем). Договор займа представлен в материалы дела. Из представленной выписки по счёту следует, что на расчётный счёт должника поступил 1 000 000 рублей с назначением платежа: «Взнос по договору процентного займа №01-ДЗ/06/19 от 15.06.2019», что подтверждает реальность названных заемных отношений и, в отсутствие опровержения, должно исключать возможность применения к оспариваемым платежам положений статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку свидетельствует о наличии равноценного встречного исполнения.
2. Установленные судами обстоятельства аффилированности сторон договора займа, отсутствие экономической целесообразности для должника в его заключении сами по себе не имеют правового значения для применения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Банкротство физических лиц

1. Определение от 22.01.2025 № 305-ЭС24-16011 (2)

1. Само по себе превышение площади жилого помещения норм предоставления жилья на условиях социального найма не говорит о том, что такое жилье значительно превышает разумно достаточное для удовлетворения конституционно значимой потребности в жилище, поскольку существующие в жилищной сфере нормативы имеют иное целевое назначение, обусловленное в том числе финансовыми возможностями соответствующих публичных образований, и не могут быть использованы как единственно значимый критерий для определения рамок исполнительского иммунитета.
2. Более существенное значение в определении оснований к применению указанного исполнительского иммунитета либо к отказу от его применения имеет размер прогнозируемого пополнения конкурсной массы, определяемый посредством вычитания из цены продажи жилого помещения издержек по его реализации и приобретению замещающего жилья, поскольку отказ от исполнительского иммунитета должен иметь реальный смысл именно как способ и условие удовлетворения требований кредиторов, а не карательная санкция (наказание) за неисполненные долги и не средство устрашения должника угрозой отобрания у него и членов его семьи единственного жилища.
3. Требование должника об исключении жилого помещения из конкурсной массы противопоставляется содержанию положения и направлено на его преодоление, поэтому условия положения по отношению к требованию должника являются возражениями (встречными требованиями) и должны были оцениваться судом в качестве таковых.
4. Бремя доказывания оснований для применения правил об ограничении исполнительского иммунитета лежит на лице, заявляющем такое требование.
5. Приняв судебный акт об отказе в удовлетворении предъявленных должником требований, суд апелляционной инстанции лишил должника права заявить такое же требование в будущем, поскольку оно будет направлено на преодоление вступивших в законную силу судебных актов, которыми разрешен вопрос об исключении жилого помещения из конкурсной массы должника, что недопустимо с точки зрения действующего процессуального законодательства.
6. Суд апелляционной инстанции фактически освободил финансового управляющего и поддерживающих его кредиторов от неблагоприятных последствий несовершения процессуальных действий, предоставив им не предусмотренную законом и противоречащую принципу правовой определенности возможность неоднократного рассмотрения вопроса о применении правил об ограничении исполнительского иммунитета посредством предъявления новых требований об утверждении иного положения, учитывающего указания суда, в результате чего поставил их в более привилегированное положение по сравнению с должником, предоставив процессуальные права, которыми любой другой участник судебного разбирательства в схожей ситуации не обладал бы.

2. Определение от 28.01.2025 № 301-ЭС24-13995

1. Квалификация поведения должника как незаконного зависит от совершения должником именно умышленных действий, являющихся в гражданско-правовом смысле проявлением недобросовестности в отношении кредитора.
2. Предоставление же недостоверных сведений без квалифицирующего признака «заведомой ложности» не носит характера умышленных действий, направленных на получение выгод путем обмана. Недостоверные сведения могут предоставляться и неумышленно (в результате заблуждения, ошибок, использования непроверенных данных и т.п.). Лицо, предоставившее недостоверные сведения, может в их отношении добросовестно заблуждаться, считая их достоверными. Лицо же, предоставившее заведомо ложные (заведомо недостоверные) сведения, действует умышленно, т.е. знает об их недостоверности и желает или сознательно допускает их предоставление.
3. Доказательств того, что при оформлении займа должник действовал явно с намерением причинить вред кредитору, намеренно скрыл информацию о своем доходе и кредитных обязательствах, то есть действовал явно с умыслом, совершил мошенничество, злостно уклонялся от погашения кредиторской задолженности, в материалы дела не представлено, и суды таких обстоятельств также не установили. Само по себе непредставление достоверной (документально подтвержденной) информации о размере дохода (с учетом очевидности пенсионного возраста должника) в данном случае не свидетельствует о злоупотреблении должником своими правами с целью получения выгод путем обмана кредитора.

3. Определение от 31.01.2025 № 304-ЭС19-2037 (2)

1. Из буквального содержания пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве следует, что законодатель не дифференцирует вид общей собственности (совместная или долевая) супругов для целей формирования конкурсной массы. Тем самым указанная норма применяется и в случаях, когда супругами в силу пункта 3 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации осуществлено определение долей в общем имуществе. Специальная норма Закона о банкротстве прямо предусматривает реализацию принадлежащего на праве общей собственности супругам (бывшим супругам) имущества как единого объекта независимо от того, является ли форма такой собственности совместной или долевой. Раздел общей собственности супругов (бывших супругов) в судебном порядке с определением принадлежащих им долей без их выдела в натуре влияет лишь на то, в какой пропорции будет разделена выручка от продажи совместно нажитого имущества.
2. Вопреки толкованию судов абзац второй пункта 7 Постановления № 48 применяется только к случаям раздела имущества в натуре, поскольку после такого раздела утрачивается признак общности в праве собственности на это имущество, разделенное в натуре имущество становится личной собственностью каждого из супругов, что исключает такие случаи из сферы применения пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве.
3. До начала торгов по продаже имущества должника необходимо предложить долевым собственникам реализовать свое преимущественное право покупки по стоимости, равной начальной цене на первых торгах. При наличии согласия финансовый управляющий заключает договор купли-продажи с таким участником (участниками) долевой собственности, а при отсутствии согласия в течение месячного срока доля должника подлежит продаже с торгов. После начала торгов участники долевой собственности могут приобрести имущество только на торгах в условиях конкуренции с другими участниками.
4. При отсутствии общих долгов причитающаяся супругу должника соответствующая его доле часть выручки в силу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве не подлежит включению в конкурсную массу должника, супруг (бывший супруг) как при реализации преимущественного права, так и в случае участия в торгах на общих основаниях вправе произвести оплату предложенной стоимости объекта только в части, соответствующей доле должника (при ½ доле – половину цены). Обязательство по оплате стоимости собственной доли участника долевой собственности в таком случае прекращается совпадением должника и кредитора в одном лице (статья 413 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если же у супругов имеются общие долги, установленные в реестре, то оплата производится супругом в полном объеме.

Арбитражные управляющие

1. Определение от 27.01.2025 № 305-ЭС24-15718

1. Деятельность арбитражного управляющего должна носить разумный и рациональный характер, не допускающий бессмысленных формальных действий, влекущих неоправданное увеличение расходов на проведение банкротных процедур и прочих текущих платежей в ущерб конкурсной массе и интересам кредиторов.
2. Убытки с арбитражного управляющего могут быть взысканы только в случае, если имеются основания полагать, что предпринятые им своевременные меры по истребованию дебиторской задолженности посредством предъявления исполнительного листа к исполнению или обращения с заявлением о включении требований должника в реестр требований кредиторов обществ (дебиторов) в рамках дел о банкротстве последних влекли высокую вероятность погашения этих требований за счет имущества (конкурсной массы) дебиторов.
3. Признание действий (бездействия) конкурсного управляющего незаконными в рамках обособленного спора по делу о несостоятельности (банкротстве) должника не является безусловным основанием для привлечения его к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков.

Мировое соглашение

1. Определение от 30.01.2025 № 308-ЭС22-27464 (11,13,14)

1. Законодательство о банкротстве основывается на принципе предпочтительного проведения реабилитационных процедур в целях наиболее полного удовлетворения требований кредиторов.
2. Само по себе заключение мирового соглашения не гарантирует последующее безусловное достижение указанного результата, так как итог будущей хозяйственной деятельности должника зависит от многих факторов, в том числе сложно прогнозируемых. Однако наличие таких факторов не может рассматриваться как препятствие для утверждения мирового соглашения судом. Соответственно, в деле о банкротстве имеющее реабилитационную направленность мировое соглашение должно быть утверждено не только когда его исполнимость находится вне всяких разумных сомнений, но и когда, исходя из представленного обоснования, успешная реализация мирового соглашения скорее будет иметь место, чем нет.

Процессуальные вопросы

1. Определение от 28.01.2025 № 305-ЭС21-28572 (6)

1. В условиях неоднозначности вопроса об извещении ответчика, а также в целях исключения всех разумных сомнений суду апелляционной инстанции надлежало дать оценку не только доводу о ненадлежащем извещении, но и приведенному ответчиком доводу о недобросовестном процессуальном поведении конкурсного управляющего.
2. Ответчик обращал внимание апелляционного суда на то, что конкурсный управляющий, заявляя о мнимости поставки в настоящем споре, в иных арбитражных делах о взыскании задолженности/включении в реестр к сторонним организациям приобщил в качестве доказательств подписанные в рамках оспариваемого договора товарно-транспортные накладные, подтверждая реальность поставки. В настоящий обособленный спор такие документы конкурсным управляющим не представлены.

Мораторий

1. Определение от 30.01.2025 № 307-ЭС24-18545

1. При определении момента возникновения основного обязательства, за неисполнение или ненадлежащее исполнение которого установлена неустойка, следует принимать во внимание природу и специфику каждого конкретного обязательства и различать момент возникновения обязательства и дату его исполнения как отдельные категории.
2. В правоотношениях выкупного лизинга ключевое значение для квалификации денежных требований, как возникших до введения моратория или после него, имеет не срок исполнения обязанности по выплате очередного лизингового платежа по графику, а момент возникновения обязательства по возврату финансирования в целом.
3. Денежное обязательство лизингополучателя возвратить полученное от лизингодателя финансирование и уплатить вознаграждение за предоставленное финансирование возникает в момент получения предмета лизинга в пользование.

   Текст обзора можно скачать по ссылке: Обзор практики ВС за январь 2025 года